Что происходит?
Странные и противоречивые сведения поступают с Ближнего Востока. Арабские СМИ сообщают о десятках погибших израильских солдат, их осторожно цитируют российские, а Израиль информирует о 8 погибших под Бинт-Джибейлем… Но одно несомненно. Армейская операция буксует. Цахал вдруг не решается сровнять с землей мечеть, в которой окопались бойцы Хезболла, хотя активно наносит удары с воздуха по Бейруту и Тиру. Видимо, политическое руководство Израиля опасается вызвать возмущение среди мусульман. Но сказав «а» следует не медлить с произношением «б». Если Хезболла считает возможным превращать храм в боевое укрепление, использовать наблюдательный пост ООН в качестве щита, то согласно элементарным законам войны церемониться не следует. Политическая деликатность правительства Израиля отражается на эффективности армии. Она и так связана по рукам и ногам. Нерешительность Ольмерта как пудовая гиря на ногах ЦАХАЛа.
Премьер Эхуд Ольмерт ожидает от военных эффективных действий, активного продвижения вглубь Южного Ливана, но при этом правительство ограничивает армию ресурсами. Вместо того, чтобы ввести военное положение и провести тотальную мобилизацию, правящие круги применяют принцип порционного призыва резервистов. Вместо полномасштабного развертывания всех вооруженных сил и решительных действий, Ольмерт и министр обороны Амир Перец демонстрируют нерешительность, при этом сотрясая воздух бодрыми речами. В чем же дело? Отчего одна из лучших армий региона, снабженная первоклассной техникой и вооружением, обученная по самым современным методикам, не может справиться с боевиками Хезболлы.
Причина первая. Генштаб и соответственно правительство оказались не готовы к войне в Ливане. Сведения о противнике и соответственно концепции борьбы с ним, морально устарели. Шесть лет назад, в Ливане ЦАХАЛ имел дело с откровенной партизанщиной, плохо вооруженной, разбегавшейся при виде танков, не способной наносить мощные огневые удары. Израильская армия привыкла легко побеждать в наземных операциях, быть неуязвимой в воздухе, а страна не привыкла к массированным бомбежкам своей территории. Время прошло, а концепции и восприятие противника остались прежними. Уйдя из Ливана, Израиль потерял и своих союзников в лице арабов-христиан. Разведка лишилась своей агентурной сети. Большинство союзников вынуждены были спасаясь уйти в Израиль, оставшиеся были разоружены и в немалой степени подверглись преследованиям. ШАБАК, АММАН, МОССАД и непосредствено ЦАХАЛ потеряли важные источники информации. Шесть лет перемирия с Ливаном усыпили бдительность Израиля. Внимание спецслужб оказалось больше сконцентрировано на палестинской автономии, на охоте за террористами смертниками и их главарями. Уход же Сирии из Ливана не встревожил никого.
Зато Дамаск и Тегеран не теряли время зря. За этот период Хезболла была превращена в организованную, отлично экипированную и до зубов вооруженную диверсионную армию. Хезболлу готовили к боевым действиям в новых условиях с методикой и приемами новой тактики. Понимая, что боевые силы построенные по обычным стандартам неэффективны в случае войны с Израилем, спонсоры Хезболлы вооружали ее мобильными ракетными и артиллерийскими установками залпового огня, минометами, гранатометами, управляемыми реактивными снарядами. Война в Афганистане, Чечне и Ираке показала эффективность таких методов ведения боевых действий. Хезболла – это давно уже не партизаны, это именно диверсионная армия. Начав операцию против Хезболлы, Израиль прибег к традиционным методам, надеясь на мощь своих ВВС. Плюс расчет на то, что Бейрут вынужден будет оказать давление на руководство Хезболла. Расчет провалился.
Причина вторая. Нерешительность политиков. Ольмерт и Перец постоянно как заклинание повторяли, что не станут проводить наземную операцию, что не дадут втянуть себя вновь в «Ливанское болото». Всячески подчеркивалось, что Израиль не намерен рисковать жизнями своих солдат. Вполне понятная и естественная реакция для политиков, вынужденных постоянно оглядываться на Кнессет, избирателей и международное мнение. Это в первую очередь свидетельствует о слабости самих политиков. Такое поведение правительства не могло не подогревать упорства лидеров Хезболла. Они поняли, что главная задача для них это устоять и затянуть войну. Затянуть, чтобы дождаться мирового давления на Израиль. Или вынудить Ольмерта ввести войска в Южный Ливан и попасть в западню. Неожиданностью для Израиля оказались массированные ракетные удары по его территории. Причем, сколько бы ракетных установок не уничтожалось, вместо них появляются новые. И тогда продолжая твердить, что не намерены начинать настоящую войну, Ольмерт все таки дает добро на наземную операцию. Но вновь делает все половинчато. Три батальона резервистов, призвали, потом восемь… И едва перейдя границу забуксовали. Нарвались на ожесточенное сопротивление. Понесли потери. Едва прошли шесть километров и застряли. В Бинт-Джибейле попали в засаду, потеряли солдат из элитного подразделения и затоптались на месте.
В то же время по ТВ все время показывают танковые подразделения стоящие на открытой местности и постоянно ведущие огонь. Авиация и вертолеты постоянно в воздухе. Цели поражаются, а результатов нет. А Ольмерт упрямо не желает полномасштабного развертывания армии. До сих пор официально не объявлено о войне. Ольмерт лавирует. Но сейчас не время для лавирований. Израиль как никогда стоит на пороге смертельной опасности. В любой момент может открыться Сирийский фронт. Дамаск по-прежнему не может смириться с утратой Голанских высот и мечтает о реванше. Чем это грозит Израилю? Это чревато расстрелом прямой наводкой с господствующих высот. Это смертный приговор для всего Севера Израиля. И не только. Это война на три фронта. Это то, чего смертельно боятся Ольмерт и Перец. Но посеявший ветер – пожнет бурю. То, что мы видим сейчас в действиях Израиля это не смерч, не буря, а именно ветер. Хоть и штормовой, но ветер. И вдобавок малоэффективный. А вот в ответ можно получить ураган.
Как бы США не сочувствовали Израилю, но Белому Дому приходится также считаться и с мировым мнением, а оно не на стороне Израиля. Морально Хезболла обыгрывает своего противника. Вынуждая Израиль наносить удары по гражданским объектам, Хезболла уходит в тень, выставляя напоказ потери мирного населения Ливана. О том, что военные объекты боевиков нарочно дислоцируются под прикрытием жилых домов и гражданских объектов, в мире стыдливо умалчивается. Даже наблюдательный пост ООН используется как щит для огневых точек. Но Коффи Аннан предпочитает об этом не вспоминать, зато едва пост попал под удар, как немедленно последовала возмущенная реакция генсека ООН. Вопрос: почему ООН допускает дислоцирование боевиков под его прикрытием? Почему наблюдатели не свернули свои позиции? Маленькое отступление.
Во время гражданской войны в Боснии, войска ООН предательски покинули город Сребреница, порученный их охране, во время наступления сербов. Сербы учинили бойню в городе, а голубые каски стыдливо отворачиваясь уходили, спасая свои шкуры. Войска ООН подчинялись строгим инструкциям – выполнять задачи по разделению противоборствующих сторон в качестве щита, но открывать огонь имели право только в случае нападение непосредственно на них самих. То есть только защищая себя. И едва стало понятно, что сербы не будут воздерживаться от нападения на город, как командование войск ООН отдало приказ к эвакуации. Город был брошен на произвол судьбы. Избегали голубые каски боевого столкновения с сербами и при осаде Сараево. Лишь российский батальон открывал огонь в ответ на обстрелы своих позиций со стороны боснийских мусульман. Никаких действий по нейтрализации сербских снайперов и огневых точек не предпринималось. Так какие же это войска? Хоть и миротворческие? И почему теперь наблюдатели ООН упрямо торчат на своих местах в Ливане, когда ЦАХАЛ неоднократно предупреждал их о намечающихся ударах с воздуха в местах их дислоцирования? Можно ли утверждать, что Генсек ООН пожертвовал своими сотрудниками ради двойных стандартов. И после этого ООН требует от воюющих соблюдения «принципа пропорциональности». Какой именно пропорциональности? Соблюдать пропорции в потерях? В количестве выпущенных снарядов и ракет? О чем толкует представитель ООН? Это война. Хезболла напала на израильских пограничников в то время, когда между Ливаном и Израилем соблюдалось перемирие. В то время, когда проводилась операция против террористов ХАМАСа в автономии. Террористов, напавших на пост израильских солдат и захвативших заложника. Об этом ООН не менее стыдливо умалчивает.
Но вернемся к нашей теме. Приходится констатировать, что правительство Израиля в создавшейся ситуации мечется, ища выход и пытаясь соблюсти принцип «и волки и овцы». То возникают слухи о намерении остановить операцию, то продлить еще несколько недель… Хотя ранее предполагалось, что войска займут весь Южный Ливан, чтобы сломать хребет Хезболла и выдавить отсюда, дабы создать зону безопасности. То вдруг заходит разговор о вожже в Южный Ливан миротворческих войск ООН и Ливанской армии (которой практически нет) и разоружении Хезболла. Интересно, кто будет разоружать их? Ливанская армия, которая не имеет своего приличного вооружения, может войска ООН? Которые вообще не способны вести решительные действия и осуществлять жесткий полицейский контроль? Это просто будет новый щит для боевиков, которые будут просачиваться в район дислоцирования голубых касок и стрелять из убежищ по Израилю. А инспекторы ООН как обычно будут слепы и бессильны. Как это было в Боснии. Как не смогли спасти от хаоса Сомали.
Израилю не приходится рассчитывать на мировое сообщество в этой ситуации. Единственно, кто может сейчас остановить Хезболла – как это ни прискорбно, только Тегеран. Но Иран не спешит с этим. Он выжидает, надеясь выжать из ситуации свои дивиденды. Ему нужен торг с Вашингтоном. Ставка – ядерное досье. А США не хочется торговаться с Ираном. Вашингтон хотел бы, чтобы Иран сам проявил добрую волю и без всяких условий остановил Хезболла и ХАМАС. Вот в таких условиях лидеры обеих организаций, словно в насмешку и озвучивают свою готовность обсудить возможность обмена пленными и прекращения боевых действий. Надолго ли? Конечно же нет. Да и не станут они идти на перемирие, пока Тегеран не даст им отмашку. А пока через Филадельфийский коридор, от египетской границы в сектор Газа поступает новое оружие и боеприпасы для ХАМАС, Хезболла утверждает, что основные их силы сохранились, а потери понесло гражданское население, наконец арабы, живущие в самом Израиле через своих депутатов в Кнессете осуждают политику страны, левые пытаются устраивать демонстрации против войны, а правительство Ольмерта демонстрирует свою недееспособность в чрезвычайных условиях. Неготовность к войне, самоуспокоение своей технической мощью и слишком большое увлечение играми с избирателями в популизм, а заодно заигрывание с мировым общественным мнением, сыграли плохую шутку с Ольмертом. И всем политическим истэблишментом Израиля. Конечно же США и Великобритания не дадут Израилю погибнуть. Выход найдется, но еврейское общество заплатит за этот выход весьма дорогую плату. И в лучшем случае получит передышку. Перемирие. Потому что Хезболла, ХАМАС, Сирия, Иран, почуяли его слабость. И теперь не успокоятся. К сожалению, полумеры всегда приводят к полумиру. Израилю нужен Черчилль – а его пока нет.
Что же требуется сделать?
Хочет того правительство или нет, но необходимо вводить военное положение по всей стране. Объявить тотальную мобилизацию. Временно распустить Кнессет. Сменить министра обороны, Сконцентрировать на севере все основные силы. Особенно укрепить Голанские высоты. Передать Генштабу все полномочия для ведения боевых действий, и распоряжаться всеми ресурсами. Если Ольмерт сам не способен на решительные и эффективные меры, то пусть уступит свое место более опытному, способному и решительному политику. Требуется начать жесткий диалог с ООН и Западом. Необходимо наладить диалог с теми странами арабского мира, которые понимают опасность разрастания влияния Ирана на Ближнем Востоке и перетянуть их на свою сторону. Здесь потребуется дипломатия на самом высшем уровне мастерства. В Южном Ливане действующие войска должны начать полномасштабную наступательную операцию. При этом, добиться от США изоляции Сирии от конфликта. ООН должно для этого дать США мандат на ввод армейского контингента в пограничные с Сирией районы Ливана, в качестве щита.
Одновременно вести переговоры с правительством Ливана через посредников или напрямую о разоружении Хезболла. В противном случае, возродить вооруженное движение арабов – христиан и ввести их в Южный Ливан. Под угрозой потери Южного Ливана, Бейруту придется выбирать. Есть над чем задуматься. ХАМАС предупредить, что в случае не прекращения сопротивления и удерживания заложников – автономия рискует не только лишиться вновь обретенных поселений, но и всей самостоятельности. Или наоборот – окончательного их отделения с конфискацией переданных им Шароном поселений. Заодно прекращением снабжением газом и электричеством. Окончательно. Заодно ввести смертную казнь для каждого кто будет уличен в участии проведения терактов. Это заставит в какой-то мере задуматься. Если Израилю не хочется уподобиться Самсону, которому обрезали волосы, то он должен по примеру Мюнхгаузена вытащить себя за эти волосы из болота, в которое влип. Как бы больно при этом не было. Иначе будет потом еще больнее.

Таги Джафаров.